Новая вышивка, которую я начала недавно и с которой участвую в двух совместниках – Ирис “Дар Ириды” по авторской схеме Анюты Кузнецовой. Я подписалась на эту схему, как только увидела саму картинку, по которой Аня только собиралась делать схему. И причин тут несколько. Прежде всего, я очень люблю ирисы. Для меня нечто таинственное, необъяснимо прекрасное таится в форме цветка ириса. Кроме того, колористика ирисов не перестает удивлять. И, наконец, их запах : почти неуловимый, но нежный, как сам цветок. Ирис же Анюты поражает всевозможными оттенками фиолетового и синего цветов, и не только. Вышиваю я его на канве равномерного переплетения Zweigart Murano жемчужно-бежевого цвета 32 ct нитками DMC. Используются 44 чистых цвета и 28 блэндов. Количество стежков 180 х 258. Размер около 29 см х 41 см. Вот различные этапы вышивки.

После окончания этого Ириса я обязательно вышью следующего, схема которого уже у Ани готова. Это “Огненный вальс”, название которого говорит само за себя, в нем преобладают красный и желтый цвета. Но это в будущем 🙂

Что интересно – ирисы уже очень давно известны людям. На стене Кносского дворца на острове Крит на фреске был изображен жрец в окружении цветущих ирисов. Этой фреске около 4000 лет. Имя цветок получил в древней Греции по имени богини Ириды, которая как посланница богов сходила по радуге на землю, поэтому слово “Ирис” в переводе с греческого означает “радуга”. Оказывается, название этому цветку дал сам Гиппократ.

Различные части этого цветка можно использовать в кулинарии. Так например, размолотые в муку корневища могут добавляться в кондитерские изделия, в небольших количествах они входят в состав специй, а в Азербайджане из лепестков ириса даже варят варенье. И наконец, ценное эфирное ирисовое масло, получаемое из корневищ, идет на производство парфюмерной продукции высшего качества. Некоторые исследователи даже утверждают, что запах ириса оказывает благотворное влиние на оргнизм, снимает стресс и усталость. И с этим я полностью согласна.

А вот этот цветок в рассказе Германа Гессе “Ирис”.

“В весенние дни детства Ансельм бегал по зеленому саду. Среди других цветов у его матери был один цветок; он назывался сабельник, и Ансельм любил его больше всех. Мальчик прижимался щекой к его высоким светло-зеленым листьям, пробовал пальцами, какие у них острые концы, нюхал, втягивая воздух, его большие странные цветы и подолгу глядел в них. Внутри стояли долгие ряды желтых столбиков, выраставших из бледно-голубой почвы, между ними убегала светлая дорога – далеко вниз, в глубину и синеву тайная тайных цветка. И Ансельм так любил его, что, подолгу глядя внутрь, видел в тонких желтых тычинках то золотую ограду королевских садов, то аллею в два ряда прекрасных деревьев из сна, никогда не колышемых ветром, между которыми бежала светлая, пронизанная живыми, стеклянно-нежными жилками дорога – таинственный путь в недра. Огромен был раскрывшийся свод, тропа терялась среди золотых деревьев в бесконечной глуби немыслимой бездны, над нею царственно изгибался лиловый купол и осенял волшебно-легкой тенью застывшее в тихом ожидании чудо. Ансельм знал, что это – уста цветка, что за роскошью желтой поросли в синей бездне обитают его сердце и его думы и что по этой красивой светлой дороге в стеклянных жилках входят и выходят его дыхание и его сны.
А рядом с большим цветком стояли цветы поменьше, еще не раскрывшиеся; они стояли на крепких сочных ножках в чашечках из коричневато-зеленой кожи, из которой с тихой силой вырывался наружу молодой цветок, и из окутавшего его светло-зеленого и темно-лилового упрямо выглядывал тонким острием наверх плотно и нежно закрученный юный фиолетовый цвет. И даже на этих юных, туго свернутых лепестках можно было разглядеть сеть жилок и тысячи разных рисунков.” (www.lib.ru)